Первым архитектором эпохи Возрождения стал Филиппо Брунеллески (1377—1446).
  В 1421- 1434 годах по его проекту построили здание Воспитательного дома — Оспедале дельи Инноченти (букв. «Приют Невйнных»), где полностью преодолены готические традиции.
  Брунеллески решительно возродил основные элементы античной архитектуры: ордерную систему и римскую полукруглую арку, которые, однако, получили совершенно иные пропорции и поэтому приобрели новое художественное звучание’, неведомое древнему Риму. Аркада Воспитательного дома, выходящая на площадь Сантиссима Аннунциата, производит впечатление невесомости, спокойствия и совершенной гармонии. Аркада украшена круглыми медальонами с белыми майоликовыми барельефами младенцев на голубом фоне, созданными Ардреа делла Роббиа во второй половине XV века.
  В начале 1420-х глдлв Джованни, по прозвищу Биччи, глава рода Медичи, поручил Брунеллески произвести капитальную перестройку церкви Сан Лоренцо. Это была одна из древнейших церквей Флоренции; известно, что ее освятил в 393 году миланский епископ Амброджо, в те времена она находилась еще за пределами города.
  В XI веке ее построили заново.
  Семейство Медичи любили эту церковь, почитая святого Лоренцо своим покровителем (младшего сына Джованни звали Лоренцо). Новая перестройка продолжалась с 1425 до 1446 года на средства Джованни и его старшего сына Козимо.
  После смерти Брунеллески руководство строительством перешло к Антонио Манетти Старшему, а потам к его сыну Антонио. Фасад церкви остался неотделанным, зато ее интерьер отличается величественной и спокойной красотой, которая представляет собой совершенное художественное воплощение духа Ренессанса.
  В 1420-х годах Брунеллески построил в левой части церкви ризницу (которую впоследствии стали называть Старой — Sacrestia Vecchia — в отличие от Новой, созданной Микеланджело в XVI веке). Эта небольшая капелла представляет собой перекрытое полусферическим куполом квадратное помещение, проникнутое духом торжественной гармонии. Брунеллески приступил также к полной перестройке церкви Санто Спирито (св. Духа), основанной в конце XIII века. Он спроектировал ее интерьер таким же, как в Сан Лоренцо; работу завершили его ученики.
  Одним из замечательных произведений новой архитектуры является капелла Пацци; ее начали строить в 1443 году при церкви Сайта Кроче по проекту Брунеллески, который скончался через три года, не успев закончить работу.
  В 1461 году возвели купол капеллы, который не имеет отношения к первоначальному проекту.
  Новое мировоззрение нашло отклик также и в живописи. Молодой флорентийский художник Мазаччо (1401 —1428) во фресках, написанных им на стенах капеллы Бранкаччи в церкви Сайта Мария дель Кармине, проявил себя как мастер, в совершенстве овладевший основными приемами реалистической живописи: светотенью и перспективой. Библейские персонажи получили у него облик обыкновенных людей, а в некоторых композициях на первый план вышли откровенно простонародные типы. Очень выразительна фреска «Изгнание из рая Адама и Евы». Художник дал объемное изображение обнаженных фигур и наполнил их большой экспрессией: Адам согнулся от горя и рыдает, закрыв лицо руками, а Ева, закинув голову, плачет в голос, ее брови сдвинуты, глаза закрыты и на губах застыл крик.
  После ранней смерти Мазаччо его работу завершили Филиппино Липпи и Мазолино да Паникале. Во фреске Филиппино Липпи «Освобождение св. Петра из темницы» справа на переднем плане изображен спящий стражник, как будто списанный с натуры реальный портрет современника-флорентийца.

Popularity: 4%

Величайшeе культурное завоевание XIV века состоит в возникновении гуманизма – мировоззрения, в принципе противоположного церковной идеологии, единственной идеологии феодального мира.
  Первым в замечательной плеяде итальянских гуманистов стал Франческо Петрарка (1304—1374), предки которого жили во Флоренции; его отец, нотариус, был другом Данте и подвергся изгнанию. Франческо родился в Ареццо, а большую часть своей жизни, будучи лицом духовного звания, провел при папском дворе в Авиньоне; он неоднократно приезжал в Италию, бывал в Риме, жил в Венеции и Падуе. В 1350 году Флоренция предложила ему вернуться на родину предков и даже пообещала возвратить конфискован¬ное имущество отца; однако для него она родиной уже не была, и посланный к нему Джованни Боккаччо не смог его уговорить.
  Великий переворот в истории, совершенный идеологией гуманизма, заключался в том, что главным в мире был признан человек, активный, мыслящий и нравственный. У Петрарки это сказано очень просто и ясно: в самом деле, какая польза в том, чтобы узнать природу диких зверей, птиц, рыб и змей и не знать и даже не стремиться понять природу человека, уяснить, ради чего мы рождены, откуда и куда идем». Суть жизни заключается в человеке и может быть познана только посредством изучения человека Б совокупности его духовной и материальной природы. Смысл бытия познается не верой, а разумом, опирающимся на опыт.
  Мысль гуманистов, естественно, обратилась к античности, к той эпохе, когда человек еще не был скован религиозной догмой; они стали собирать уцелевшие в монастырях рукописи с сочинениями древних писателей и с великим рвением принялись за их изучение.
  Знатоков древнегреческого языка еще не было, и Петрарка весьма огорчался, лаская рукопись Гомера, который оставался для него немым.
  Идеология гуманизма имела особый успех в демократической Флоренции, ибо вполне соответствовала духу ее свободолюбивых, энергичных и мыслящих граждан.

Popularity: 4%

С конца 1504 года в течение четырех лет во Флоренции работал Рафаэль Санти из Урбино. В эти годы он создал своих знаменитых мадонн, преисполненных тончайшей прелести и обаяния. Одной из самых замечатель¬ных является Мадонна дель Грандука (т. е. «Мадонна великого герцога», так как с конца XVIII века она находилась в собрании Фердинандо III, великого герцога Тосканского). К этому же времени относится миловидная «Мадонна с безбородым Иосифом», находящаяся в Эрмитаже.
  Меткое определение самой сути творчества Рафаэля дал В. Н. Гращенков: «В той мере, в какой стремление к равновесию, к гармонии присуще природе и человеку, искусство Рафаэля влекло и будет привлекать к себе людей. Но в той же мере, в какой природа и человек выражают свое жизненное движение в столкновении и борьбе непримиримых противоречий, искусство Рафаэля не могло и никогда не сможет удовлетворить нас до конца.
  Вот почему на протяжении четырех столетий не умолкает спор о Рафаэле… Но для того чтобы правильно оценить общечеловеческое значение искусства Рафаэля, всегда следует помнить, что оно было выражением идеалов своего времени, своего народа — идеалов итальянского Возрождения.
  В произведениях Рафаэля воплотились самые светлые и возвышенные представления ренессного гуманизма о свободном человеке, о его физи¬ческом и духовном совершенстве, о его исключительном месте в окружающем мире».

Popularity: 2%

В конце XV века флорентийцы продолжали заниматься строительством на благо города: по проекту Симоне дель Поллайоло, по прозвищу Кронака, во дворце Синьории (Палаццо Веккьо) создали грандиозный зал высотою более чем в 22 м при длине в 53 м 70 см и ширине в 18 м 70 см.
  Зал предназначался для заседаний Совета Пятисот граждан, которые должны были здесь избрать Совет Восьмидесяти, созданный в помощь Синьории после изгнания Медичи. В XVI в. стены его украсились грандиозными фресками на батальные темы из истории Флоренции, написанные Джорджо Вазари и другими художниками; в нише между окнами стоит аллегорическая статуя «Победа», изваянная Микеланджело около 1532—1534 годах.
  В 1501 году Микеланджело вернулся из Рима, прославившись своей великолепной скульптурной группой «Оплакивание Христа» (Pieta). Между тем во Флоренции продолжались работы по отделке собора.
  Во дворе, отведен¬ном для этого около собора, уже несколько лет находилась гигантская глыба превосходного белого мрамора; один ваятель принялся было высекать из нее статую, но только испортил камень и бросил работу.
  На просьбу Микеланджело отдать ему этот мрамор лица, руководившие строительством собора, охотно ответили согласием, рассудив, что камень все равно испорчен и что бы из него ни сделали, все будет лучше, чем валяться ему без всякой пользы. В 1504 году Микеланджело закончил работу, создав одно из величайших творений искусства. Он изваял библейского героя Давида в момент высшего напряжения сил, когда тот готов метнуть из пращи смертоносный камень в злого великана Голиафа. Бронзовые Давиды, созданные в XV веке.
  Донателло и Верроккьо, были изящными мальчиками-подростками, преисполненными гармонии и очарования юности. Давид, созданный Микеланджело, — гигант¬ская статуя, достигающая в высоту более 4 метров. Это едва ли не самый героичный образ во всем мировом искусстве; он весь наполнен монументальной энергией, движением, целеустремленностью и вместе с тем являет собой образец возвышенной и одухотворенной красоты; он воплотил в себе, все лучшие человеческие качества, и прежде всего стремление к свободе и активную: борьбу за нее.
  Именно это отвечало в тот момент настроениям большинства флорентийцев, избавившихся от единовластия Медичи и гордив¬шихся обретенной независимостью. Давида торжественно установили на площади Синьории у входа в Палаццо Веккьо на том месте, где стояла бронзовая «Юдифь с головою Олоферна» Донателло.
  Флорентийцы передвинули ее на другое место, считая, что она приносит несчастье, ибо тема ее — смерть, и «нехорошо, когда женщина убивает мужчину. Сначала мрачную Юдифь перенесли в Палаццо Веккьо, затем в Лоджию деи Ланци, а в 1919 году вернули на прежнее место, где она и стоит рядом с мраморной копией Мардзокко, геральдического льва, символа флорентийской республики, изваянного тоже Донателло (подлинник находится в Барджелло).
  Давида в 1873 году перевезли в Галерею Академии, а на прежнее место водрузили мраморную копию; справа от копии Давида стоит скульптурная группа почти такого же размера, изображающая Геркулеса, победившего Какуса. Ее изваял в 1534 году Баччо Бандинелли, соперник Микеланджело, безуспешно пытавшийся его превзойти.
  В 1504 году Микеланджело заказали роспись стены (роспись другой стены выполнял Леонардо Ла Винчи). Оба мастера сначала создали эскизы на картоне: Леонардо изобразил битву флорентийцев с миланцами в 1440 году при Ангиари, Микеланджело — битву своих соотечествен¬ников с пизанцами в 1364 году при Кашине.
  В 1505 году оба картона были представлены в готовом виде и произвели потрясающее впечатление. К величайшему сожалению, картоны впоследствии погибли, а роспись по ним так и не была осуществлена.

Popularity: 4%

Величайший мыслитель и художник Леонардо да Винчи (1452—1519), живший с 1469 года во Флоренции, остался также вне сферы влияния окружения Лоренцо Великолепного. Леонардо, человек исключительно широкого кругозора и универсальной одаренности, оставил после себя сравнительно мало произведений живописи, ибо не всегда cчитaл ее главным занятием в жизни, о чем пожалел на склоне лет.
  Как художник он сформировался во Флоренции, обучаясь в мастерской Андреа Верроккьо. В 1482 году Леонардо уехал и значительную часть жизни провел вне родины, окончив свои дни в далекой Франции (именно поэтому; Лувр располагает самой богатой коллекцией его картин).
  Во Флоренции произведений Леонардо сохранилось до обидного мало: «Благовещение» и незаконченное «Поклонение волхвов» (известно, что его- кисти принадлежит также , один ангел в «Крещении Христа» Андреа Верроккьо). «Благовещение», написанное в 1470-х годов, находится в галерее Уффици. Это крупное полотно, длиной около двух с половиной метров. Нежная красота и гармония всей композиции производят завораживающее впечатление.
  К 1478 году относится хранящаяся в Эрмитаже «Мадонна Бенуа», самая ласковая и добрая из всех мадонн. Вероятно, в 1470—1490-х годах. написана вторая из находящихся в России картин Леонардо — дивная «Мадонна Литта» (название первой обусловлено тем, что ее принадлежность кисти Леонардо установил Александр Бенуа, а вторая ранее входила в состав коллекции герцогов Литта).
  Около 1503 года Леонардо да Винчи, находясь во Флоренции, написал один из самых удивительных портретов во всем мировом искусстве: его Джоконда (Монна Лиза, жена флорентийского купца) обладает поистине волшебной притягательностью. Ни одному художнику никогда еще. не удавалось воплотить столь богатую гамму человеческих качеств; Джоконде присущи гармоничная красота, сознание высокого человеческого достоинства, твердая уверенность в своих силах, ясный ум, проницательность (давно замечено, что она внимательно разглядывает зрителя) и множество других свойств; а если смотреть на Портрет с близкого расстояния, то его глубокий влажный коричнево-зеленоватый колорит как бы перевертывает восприятие и Монна Лиза с ее еле уловимой улыбкой начинает казаться недоброй, хитрой и скрывающей в себе великое множество тайн.
  В 1503 году флорентийцы поручили Леонардо написать огромную батальную фреску на одной из стен зала Совета Пятисот в Палаццо Веккьо. К величайшему сожалению, сделанные эскизы погибли, а роспись по ним так и не была осуществлена.

Popularity: 3%

В первой половине XV века флорентийцы продолжали строить свой собор. Пора было подумать о куполе. Проект его в общих чертах существовал давно. Еще в 1366—1367 гг. объявили конкурс на окончательный проект недостроенного собора, в котором приняли участие не только архитекторы, но и художники.
  Один из них, Андреа Бонайути, на фреске, написанной им на стене. Испанской капеллы церкви Санта Мария Новелла, изобразил собор в законченном виде уже с куполом. Теперь задача заключалась в том, каким способом его построить.
  В 1418 году снова объявили конкурс. Флорентийский архитектор Филиппо Брунеллески предложил возвести купол без сооружения специальной деревянной арматуры, которая стоила очень дорого и едва ли смогла бы удержать купол диаметром около 42 метров. Хотя большинству эта идея показалась фантастической, однако ему предоставили возможность заняться ее осуществлением, дав в помощники Лоренцо Гиберти.
  Работа началась в 1419 году и в основном завершилась в 1436. Гиберти, превосходный скульптор, но никакой не архитектор, не столько помогал, сколько мешал, так что Брунеллески приходилось преодолевать огромные трудности не только технического, но и психологического характера. Полностью купол закончили в 1446 году, а венчающий его фонарь — в 1467, уже после смерти Брунеллески.
  25 марта 1436 г. состоялось освящение собора. Эту честь предоставили папе Евгению, IV. «Папа охотно выразил согласие, и, дабы воссияли одновременно и великолепие города, и блеск нового храма, а также, чтобы почтить главу церкви, от Санта Мария Новелла, где проживал папа, до храма построили помост в четыре локтя шириной и два высотой, со всех сторон задрапировав его богатейшими тканями. По этому помосту и направился в новый храм папа со своим двором в сопровождении магистратов и особо отобранных для этого случая граждан.
  Все прочие граждане и простонародье рассыпались до улицам, собрались у окон домов и в церкви, чтобы видеть это величественное зрелище. Когда все церемонии, подобающие таким торжествам, закончились, папа, желая показать свою любовь к Флоренции, удостоил рыцарского звания Джулиано Даванцати, бывшего тогда гонфалоньером справедливости, гражданина, всегда неизменно пользовавшегося заслуженной доброй славой».
  В 1471 году фонарь купола увенчали шаром с крестом; это произошло через 175 лет с того дня, когда заложили первый камень здания. Строительство собора обошлось в 18 миллионов флоринов
  В XV веке флорентийский собор был самой большой церковью во всей Италии; он может вместить 30 000 человек. Его протяженность составляет около 150 м, ширина —около 38 м, диаметр купола у основания — около 42 м, высота собора до верха креста —около 115 м. Внутри собор представляет собой огромное просторное помещение, наполненное обилием воздуха и света.
  Хотя здание имеет готическую конструкцию, однако в его интерьере движение вверх чувствуется слабо, зато ощущается необъятная ширина; светлые гладкие стены и своды создают настроение спокойствия, умиротворения и радости. По конструкции собор готический, по духу — ренессансный.

Popularity: 4%

Козимо Медичи, будучи фактическим хозяином Флоренции, формально занимал положение рядового гражданина, но в правительстве находились угодные ему лица. Не желая особо выделяться, он долгое время не решался построить для себя богатый новый дворец, хотя проект его уже был составлен Брунеллески. Осмотрительный глава рода Медичи не раз говаривал, что зависть — трава опаснейшая, которую следует иссушать,а не орошать.
  Поэтому он не отважился претворить в жизнь замысел Брунеллески, ибо тот задумал слишком роскошное здание. Только в середине 1440-х гг. Козимо приступил к строительству дворца, руководство которым он поручил архитектору Микелоццо ди Бартоломео Микелоцци (1396—1472).
  Палаццо Медичи, законченное в 1459 году, стало первым ренессансным дворцом в Италии. Его стены, нижний ярус которых облицован грубым, необработанным камнем (рустом), непробиваемы, как стены крепости, однако он существенно отличается от семейных твердынь прежних веков: у него продуманные пропорции, красивые окна и обрамления дверей, а его третий этаж завершается: широким нарядным карнизом античного типа.
  Bместо прежних воинственных зубцов и навесных бойниц. Сначала дворец имел по фасаду десять окон; в XVII в. его удлинили еще .на семь Окон. Все помещения располагаются вокруг просторного внутреннего двора, окруженного арочной колоннадой изысканных пропорций: архитектор сумел воплотить красоту в простоте..
  С внешней, стороны дворца на углу второго этажа находится фамильный герб Медичи: шесть шаров на гладком фоне, которые представляют собой пилюли и напоминают о первоначальной профессии предков, занимавшихся врачеванием.
  Первый этаж дворца не был жилым, в нем находились подсобные помещения, окна которых со стороны фасадов забраны крепкими металли¬ческими решетками. Жилые комнаты располагались на третьем этаже, а на втором — богато отделанные парадные залы и дворцовая капелла, стены которой, от самого пола до потолка расписал фресками Беноццо Гоццоли (1420-1497).

Popularity: 2%

Недалеко от Палаццо дель Подеста (Барджелло) ближе к берегу Арно высились дома-башни гибеллинского семейства Уберти. Гвельфы, одержав победу, разрушили их и сравняли с землей. На образовавшемся свободном месте в самом конце ХII веке начали строить правительственное здание, которое многократно меняло свое название: Палаццо деи Приори (дворец Приоров), Палаццо делла Синьория (дворец Синьории), Палаццо дель Пополо (дворец Народа), Палаццо дель Комуие (дворец Коммуны), с 1550-х гг. — Палаццо Веккьо (Старый дворец), последнее название утвердилось за ним навсегда.
  До сооружения этого здания правители города, прноры (старшины цехов), собирались в Торре делла Кастанья, в высокой плоскостенной башне, лишенной каких бы то ни было украшений, но крепкой и неприступной.
  Палаццо Веккьо представляет собой еще более мощную крепость, чем Барджелло: его размеры внушительнее, а сторожевая башня выше, она достигает 94 м, и с нее можно обстреливать все соседние улицы (верх ее надстроен в XV веке).
  Здание увенчано широким карнизом с зубцами, машикулями (навесными бойницами) и внутренней галереей, скрытой за полукруглыми проемами. Во дворец можно проникнуть только через внутренний двор. Автором здания считается также Арнольфо ди Камбио. Перед Палаццо Веккьо располагается просторная площадь — Пьяцца делла Синьория. И площадь и дворец не раз служили ареной бурных междоусобий.
  По проектам Арнольфо, возможно, построены также церковь св. Марии во флорентийском аббатстве (Бадия – церковь основана в конце X в., в XIII в. перестроена в готической конструкции, интерьер переделан в XVII в. в стиле барокко; колокольня воздвигнута в первой половине XIV веке) и францисканская церковь св. Креста (Санта Кроче), фасад и колокольня которой относятся к более позднему времени, но замечательный готический интерьер остался нетронутым.

Popularity: 6%

Созданная в основном в 1524—1534 гг. капелла Медичи (Новая ризница) представляет собой замечательную гармонию скульптуры и архи¬тектуры, в которой Микеланджело творчески развил идеи Брунеллески.
  Современники хорошо почувствовали этот новаторский дух и осознали его плодотворность. Джорджо Вазари пишет: «А так как Микеланджело задумал подражать Старой Сакристии, созданной Филиппо Брунеллески, но с украшениями другого ордера, он отделал ее сложным ордером в более разнообразном и более новом духе, чем тот, который когда-либо смели себе позволить старые и современные мастера, ибо новизной столь красивых карнизов, капителей и баз, дверей, ниш и гробниц он создал нечто, весьма отличное от того, что делалось по размерам, по чину и по правилам в соответ¬ствии с общепринятым обычаем, с Витрувием и с древностью людьми, не «желавшими ничего прибавлять к старому. И вольности эти весьма приободрили тех, кто, увидев его работу, начал ему подражать; после чего в их украшениях появились новые выдумки, скорее как причуды, чем согласно разуму или правилам. Поэтому художники ему бесконечно и навеки обязаны за то, что он порвал узы и цепи в тех вещах, которые они неизменно создавали на единой проторенной дороге».
  Три стены небольшого, но высокого помещения, увенчанного кессонированным куполом с круглым отверстием в центре, занимают гробницы, а у четвертой стены перед нишей расположен скромный, по элегантный алтарь; священник, читающий заупокойные молитвы, должен находиться за алтарем, спиной к стене и лицом к гробницам. У гладкой белой стены, противоположной алтарю, погребены Лоренцо ]Великолепный и его убитый брат Джулиано (отец» Климента VII) в невысоком гладком саркофаге, лишенном каких-либо украшений, на котором стоят три. статуи: в центре печально-задумчивая мадонна с младенцем — образ мощной энергии, как бы впавшей в оцепенение; по правую руку от мадонны стоит статуя работы Анджело да Монторсоли «Св. Козьма», а левую —«Св. Дамиан» Рафаэля да Монтелупо.
  Две стены, перпендикулярные к алтарю, занимают торжественные саркофаги с покатыми крышками, напряженный изгиб и завитки (волюты) которых служат предвестием грядущего стиля барокко.
  Над саркофа¬гами в нишах помещаются статуи Лоренцо, герцога Урбинского, и Джу¬лиано, герцога Немурского (первый был внуком Лоренцо Великолепного и отцом Екатерины, ставшей королевой Франции, второй — младший сын Лоренцо Великолепного). Оба герцога не обладали никакими выдающимися качествами, и Микеланджело не почтил их портретными статуями.
  Над саркофагом герцога Урбинского находится статуя, изображающая погруженного в задумчивость спокойно сидящего молодого мужчину в костюме древнеримского полководца. На крышке саркофага, чуть ли не соскальзывая с него, возлежат аллегорические фигуры Вечера и Утра; первая из них — спокойно засыпающий старик, вторая – тяжко пробуж¬дающаяся молодая женщина.
  Над саркофагом герцога Немурского находится статуя сидящего молодого полководца без шлема; на его идеально красивое лицо легла печать полной отрешенности от дел мирских. На крышке его саркофага в неудобных, но эффектных позах лежат Ночь и День.
  День — это могучий атлет, в упор смотрящий невидящим взором; его лицо, в отличие от тщательно проработанной мускулатуры тела, едва тронуто резцом и намеренно оставлено грубым и невразумительным — это символ черного дня, наставшего для Флоренции, республиканские традиции которой оказались скомканными и отброшенными, как лист ненужной бумаги. Лицо Дня неясное, тяжкое, это как бы предвестие того времени, когда герцогская Флоренция полностью утратит свое художественное лицо.
  Ночь – зрелая женщина, тело которой начинает увядать, ее лицо еще красиво, но в нем уже нет молодости. Ночь — это символ отживающего прекрасного, уходящего в небытие: красота во Флоренции начала стареть и уснула, а пробуждающееся Утро уже далеко не так красиво и интеллектуаль¬но; фигура Утра опоясана лентой — символом рабства Современники были в восхищении от работы Микеланджело.
  Д. Вазари пишет:
  «А что же смогу я сказать о Ночи, статуе не то что редкостной, но и единственной? Кто и когда, в каком веке видел когда-либо статуи древние или новые, созданные с подобным искусством? Перед нами не только спокойствие спящей, но и печаль и уныние того, кто потерял нечто почитаемое и великое… В ее фигуре ощутимо то оцепенение, какое видишь в спящих. И потому люди ученейшие сложили в ее честь много стихов, латинских и народных, вроде следующих:
  Ночь, что так сладко пред тобою спит,
  То ангелом одушевленный камень.
  Он недвижим, но в нем есть жизни пламень,
  Лишь разбуди — и он заговорит.
  На них от имени Ночи Микеланджело ответил так:
  Отрадно спать, отрадней камнем быть!
  О, в этот век, преступный и постыдный,
  Не жить, не чувствовать — удел завидный.
  Прошу, молчи, не смей меня будить.
   (пер. Ф. И. Тютчева)»   Одновременно Микеланджело работал над строительством Лауренцианы, помещения для богатой библиотеки, собранной семейством Медичи. В 1534 году он покинул Флоренцию и навсегда переехал в Рим, а скульптуры в капелле Медичи установили только в 1545 году. Лауренциану завершили в 1559, когда многое из первоначального проекта было уже забыто самим автором; ее официальное открытие состоялось в 1571 году.
  Лауренциана – последнее великое архитектурное творение Флоренции.
  Вазари высоко оценил ее достоинства: «Но затем, после капеллы Медичи Микеланджело придумал и нечто лучшее и пожелал показать это там же в библиотеке Сап Лоренцо в прекрасном членении окон, в разбивке потолка и в дивном входе в это помещение. Никогда еще не видано было изящества более смелого как в целом, так и в деталях, как в консолях, в нишах и в карнизах; не видано было и лестницы более удобной, с ее столь причудли¬выми изломами ступенек, и все это настолько отличалось от общепринятого другими, что поражало каждого».

Popularity: 66%

В XV веке живопись во Флоренции достигла замечательных успехов. Художники в полную меру своих сил обратились к теме воплощения прелести реального мира и гармоничного человека. Сюжет фресок Гоццоли — библейский (шествие волхвов), но под видом волхвов представлено здесь множество флорентийцев, начиная с членов рода Медичи и кончая простолюдинами (на переднем плане изображен даже негр). Это многоликое шествие развертывается на фоне пленительного пейзажа: на далеких зеленых холмах высятся белокаменные многобашенные замки, вьются ведущие к ним дороги, тонкие стволы деревьев изящно поддерживают свои высокие и пышные кроны, порхают птицы, по сероватым гладким изломам гор движутся многолюдные процессии, а всадник с копьем, сопровождаемый собаками, стремится настичь проворно убегающую лань.
  Мир, изображенный Гоццоли, настолько прекрасен и привлекателен, что находится как бы на грани реальности. Это земной мир в восприятии человека гармоничной души.
  К XV веку во Флоренции полностью сформировался тип нового, энергичного человека, который силою мысли и интеллекта сумел обуздать в себе пагубные страсти и увидел мир в ином свете, ощутив его чарующую прелесть и отрадную гармоничность. Это новое гуманистическое мироощущение послужило основой великого искусства Возрождения, а традиционный демократический дух и политическая стабильность во Флоренции стали благодатной почвой для его расцвета.
  Дивная гармония царит в творениях выдающихся флорентийских художников фра Беато Анджелико (ок. 1387—1455) и Филиппо Липпи (1406—1469). Монах Анджелико, уроженец Фьёзоле, получил прозвище Беато (блаженный, счастливый), ибо в его картинах и фресках (в монастыре Сан Марко) отразилось такое настроение, что кажется, будто душа художника парит в невесомости. Спокойные, самоуглубленные лица; плавные очертания фигур, тонко проработанные красивые складки одежд, нежнейшие оттенки цвета, празднично нарядные пестрые крылья ангелов, их изящные хороводы на сочных лугах, усеянных цветами, деревья с кудрявыми кронами и обильными плодами — все это можно разглядывать бесконечно долго. Тем же благостным настроением проникнуты замечательные мадонны Филиппо Липпи; самая прелестная из них — «Богоматерь с младенцем и двумя ангелами» (находится в галерее Уффици во Флоренции); невозможно передать словами чистую и одухотворенную красоту лица мадонны; ее скромную, но изысканную прическу украшают жемчужины, сияющие матовым светом, а тончайшая вуаль, ниспадающая легкими складками, подвластна малейшему дуновению ветра.
  К числу известных флорентийских живописцев относится также Паоло Учелло (1397—1475), художник яркой индивидуальности, мастер смелых динамичных композиций, с равным совершенством писавший людей и лошадей; он был неистово увлечен выявлением закономерностей перспективы, лежащей в основе реального мира (для художников средне- вековья интерес представлял мир нереальный, умозрительный, и в их творениях господствовала обратная перспектива, при которой естественные формы искажались).
  Во Флоренции в XV—XVI веков высокого художественного уровня достигло искусство портрета. В галерее Уффици хранится портрет Козимо Медичи, написанный Понтормо. Некоронованный властитель Флоренции изображен в спокойной позе: он сидит в кресле, сложив руки и- повернув слегка склоненную голову боком к зрителю. В главе рода Медичи нет ничего парадного и театрального; на нем однотонное красное одеяние с глухим воротом и просторными рукавами. На портрете изображен некрасивый человек, худощавый и немолодой; на его умном и энергичном лице видна печаль, а пальцы рук плотно стиснуты. Он весь полон раздумий и забот, а жизнь его, как видно, очень далека от безмятежности и блаженства. Глядя на этот портрет, можно вспомнить слова Н. Макьявелли: «И все же в последние годы жизни Козимо испытал немало горя, ибо из двух его сыновей. Пьеро и Джованни, последний, на коего возлагал он больше всего надежд, умер, а первый, Пьеро, был человек больной и по телесной своей слабости не мог должным образом заниматься ни общественными, ни даже личными своими делами. Так что, когда однажды, вскоре после смерти сына, несомый слугами, он делал обход своего дома, случилось ему со вздохом промолвить: «Очень уж велик этот дом для такой небольшой семьи». Благородная душа его страдала и оттого, что не удалось ему увеличить владений Флорентийской республики каким-либо славным приобретением… Кроме того, он понимал, что из-за старческих своих недугов не может с прежним рвением вести ни общественные, ни личные свои дела, и видел, что и то, и другое идет плохо, ибо государство губят сами граждане, а имущество расхищают управители и сыновья. И все это не давало ему покоя в конце его жизни».
  Одним из выдающихся художников эпохи Возрождения был Андреа дель Кастаньо. В 1440—1450-х годах. он создал замечательные фрески на вилле Пандольфини в Леньяйя (сейчас они находятся в Уффици), на которых изобразил знаменитых людей Флоренции; гибеллина-патриота Фаринату дельи Уберти, кондотьера (наемного предводителя войск) Пиппо Спано, великого Данте Алигьери. Это не портреты в прямом смысле слова, ибо художник никогда не видел этих давно умерших людей. Важно то, что у флорентийцев пробудился интерес к своей истории и выдающиеся предки изображены как люди активные и умные.

Popularity: 4%