В 1494 году Карл VIII, король Франции, вступил во главе своих войск в Италию; целью его похода было завоевание Неаполя. Некоторые итальянские города, в том числе такие крупные, как Милан и Венеция, стали принимать решительные меры к объединению против общего врага, но Флоренция, руководимая Пьеро (а банкирский дом Медичи финансировал французских королей), не приняла в этом никакого участия.
Напротив, Пьеро предпочел договориться с Карлом VIII и был готов впустить его вместе с войсками в город.
Читать продолжение статьи - \"Французский король Карл VIII\"

Первым архитектором эпохи Возрождения стал Филиппо Брунеллески (1377—1446).
В 1421- 1434 годах по его проекту построили здание Воспитательного дома — Оспедале дельи Инноченти (букв. «Приют Невйнных»), где полностью преодолены готические традиции.
Брунеллески решительно возродил основные элементы античной архитектуры: ордерную систему и римскую полукруглую арку, которые, однако, получили совершенно иные пропорции и поэтому приобрели новое художественное звучание’, неведомое древнему Риму. Аркада Воспитательного дома, выходящая на площадь Сантиссима Аннунциата, производит впечатление невесомости, спокойствия и совершенной гармонии. Аркада украшена круглыми медальонами с белыми майоликовыми барельефами младенцев на голубом фоне, созданными Ардреа делла Роббиа во второй половине XV века.
В начале 1420-х глдлв Джованни, по прозвищу Биччи, глава рода Медичи, поручил Брунеллески произвести капитальную перестройку церкви Сан Лоренцо. Это была одна из древнейших церквей Флоренции; известно, что ее освятил в 393 году миланский епископ Амброджо, в те времена она находилась еще за пределами города.

Читать продолжение статьи - \"Филиппо Брунеллески\"

Величайшeе культурное завоевание XIV века состоит в возникновении гуманизма - мировоззрения, в принципе противоположного церковной идеологии, единственной идеологии феодального мира.
Первым в замечательной плеяде итальянских гуманистов стал Франческо Петрарка (1304—1374), предки которого жили во Флоренции; его отец, нотариус, был другом Данте и подвергся изгнанию. Франческо родился в Ареццо, а большую часть своей жизни, будучи лицом духовного звания, провел при папском дворе в Авиньоне; он неоднократно приезжал в Италию, бывал в Риме, жил в Венеции и Падуе. В 1350 году Флоренция предложила ему вернуться на родину предков и даже пообещала возвратить конфискован¬ное имущество отца; однако для него она родиной уже не была, и посланный к нему Джованни Боккаччо не смог его уговорить.

Читать продолжение статьи - \"Франческо Петрарка\"

С конца 1504 года в течение четырех лет во Флоренции работал Рафаэль Санти из Урбино. В эти годы он создал своих знаменитых мадонн, преисполненных тончайшей прелести и обаяния. Одной из самых замечатель¬ных является Мадонна дель Грандука (т. е. «Мадонна великого герцога», так как с конца XVIII века она находилась в собрании Фердинандо III, великого герцога Тосканского). К этому же времени относится миловидная «Мадонна с безбородым Иосифом», находящаяся в Эрмитаже.
Меткое определение самой сути творчества Рафаэля дал В. Н. Гращенков: «В той мере, в какой стремление к равновесию, к гармонии присуще природе и человеку, искусство Рафаэля влекло и будет привлекать к себе людей. Но в той же мере, в какой природа и человек выражают свое жизненное движение в столкновении и борьбе непримиримых противоречий, искусство Рафаэля не могло и никогда не сможет удовлетворить нас до конца.

Читать продолжение статьи - \"Рафаэль\"

В конце XV века флорентийцы продолжали заниматься строительством на благо города: по проекту Симоне дель Поллайоло, по прозвищу Кронака, во дворце Синьории (Палаццо Веккьо) создали грандиозный зал высотою более чем в 22 м при длине в 53 м 70 см и ширине в 18 м 70 см.
Зал предназначался для заседаний Совета Пятисот граждан, которые должны были здесь избрать Совет Восьмидесяти, созданный в помощь Синьории после изгнания Медичи. В XVI в. стены его украсились грандиозными фресками на батальные темы из истории Флоренции, написанные Джорджо Вазари и другими художниками; в нише между окнами стоит аллегорическая статуя «Победа», изваянная Микеланджело около 1532—1534 годах.
В 1501 году Микеланджело вернулся из Рима, прославившись своей великолепной скульптурной группой «Оплакивание Христа» (Pieta). Между тем во Флоренции продолжались работы по отделке собора.
Во дворе, отведенном для этого около собора, уже несколько лет находилась гигантская глыба превосходного белого мрамора; один ваятель принялся было высекать из нее статую, но только испортил камень и бросил работу.

Читать продолжение статьи - \"Микеланджело\"

Величайший мыслитель и художник Леонардо да Винчи (1452—1519), живший с 1469 года во Флоренции, остался также вне сферы влияния окружения Лоренцо Великолепного. Леонардо, человек исключительно широкого кругозора и универсальной одаренности, оставил после себя сравнительно мало произведений живописи, ибо не всегда cчитaл ее главным занятием в жизни, о чем пожалел на склоне лет.
Как художник он сформировался во Флоренции, обучаясь в мастерской Андреа Верроккьо. В 1482 году Леонардо уехал и значительную часть жизни провел вне родины, окончив свои дни в далекой Франции (именно поэтому; Лувр располагает самой богатой коллекцией его картин).
Во Флоренции произведений Леонардо сохранилось до обидного мало: «Благовещение» и незаконченное «Поклонение волхвов» (известно, что его- кисти принадлежит также , один ангел в «Крещении Христа» Андреа Верроккьо). «Благовещение», написанное в 1470-х годов, находится в галерее Уффици. Это крупное полотно, длиной около двух с половиной метров. Нежная красота и гармония всей композиции производят завораживающее впечатление.

Читать продолжение статьи - \"Леонардо да Винчи\"

Жизнь после ухода французов в восстановленной республике оказалась безрадостной, ибо фактически хозяином города сделался молодой монах-доминиканец Джироламо Савонарола, настоятель монастыря Сан Марко. Он появился во Флоренции еще в начале 1480-х годов и тогда уже стал центром всеобщего внимания.
  Юный фанатик был убежден в том, что господь направил его в мир для искоренения пороков высшего духовенства и светских властителей. Флорентийцы охотно внимали его темпераментным обличительным речам, в которых было много правды, ибо как раз в те годы римско-католическую церковь возглавлял дьявольски порочный Александр VI из рода Борджа. Увлекшиеся флорентийцы поначалу не уразумели, что зажигательные речи неистового монаха направлены не только против пороков конкретных высоких лиц, но и против радостей земной жизни вообще. Придя к власти, Савонарола обрушил свой гнев на все мирское. Исчезли ощущения прелести жизни, а мысль и энергия оказались обречены на апатию, в то время как в городе вследствие экономических неурядиц начались безработица и голод.
  Безумный монах понятия не имел о том, как совладать с этими бедами он умел только страстно бичевать пороки и самозабвенно молиться. Душа и мысли Савонаролы были обращены к богу и миру потустороннему, в то время как благополучие флорентийских дельцов зависело от того, насколько их помыслы связаны с миром реальным, и их союз с юным фанатиком был невозможен.
  С санкции Александра VI Синьория возбудила дело против Савонаролы. 13 мая 1497 года папа отлучил его от церкви, а 23 мая 1498 года он и два его приверженца были казнены на площади Синьории (сначала их повесили, а затем сожгли). Так рассудительная Флоренция избавилась от угара религиозного фанатизма, к которому никогда не проявляла склонности.

Одним из замечательных художников второй половины XV века, не связанных с двором Лоренцо Великолепного, был Доменико Гирландайо (1449—1494). Его кисти принадлежат замечательные фрески в церкви Санта Мария Новелла, исполненные в 1485—1490 годах, в которых религиозный сюжет является лишь поводом для изображения картин реальной жизни.
  Художник запечатлел облик своих современников-флорентийцев, особенно женщин, как пожилых, скромно одетых, так и молодых, изысканно причесанных и наряженных в богатые торжественные платья из узорчатых тяжелых тканей.

Первым великим скульптором Возрождения стал флорентийский мастер Донато ди Никколо ди Бетто ди Барди, прозванный Донателло (1386—1466). Ему удалось полностью преодолеть не только схематизм традиционного церковного искусства, но и угловатую нервозность готической итальянской скульптуры. В 1411 — 1413 годах он создал статую св. Марка, которую установили в одной из внешних ниш в стене церкви Орсанмикеле.
  Святой Марк в изображении Донателло — это благообразный старец с мягкой бородой; он стоит в спокойной позе, опираясь на правую ногу и слегка отставив левую; за красивой длинной одеждой, спадающей естественными складками, ощущается пластичная и крепкая, отнюдь не старческая фигура; он весь — воплощение нравственности. Микеланджело сказал, что никогда еще не видел статуи, столь похожей на порядочного человека, и если евангелист Марк был действительно таким, то вполне можно верить его писаниям.
  В 1412—1415 гг. Донателло создал для фасада собора мраморную сидячую статую св. Иоанна, которая в более полной мере явилась вопло¬щением гуманистического представления о человеке.
  Скульптор изобразил евангелиста как старца, наделенного могучим умом, непреклонной волей, неиссякаемой энергией и благородством духа.
  Эти же идеи получили развитие в статуе святого Георгия, покровителя цеха оружейников, изваянной из мрамора в 1415—1417 годах и стоявшей во внешней нише церкви Орсанмикеле (сейчас она находится в Барджелло в Национальном музее флорентийской скульптуры).
  В этой статуе впервые изображен юный воин, преисполненный сознания гражданского долга. Его умное и смелое лицо выражает тревогу, он весь в напряжении, готовый в любую секунду поднять меч и броситься на врага.
  Эти эмоции, воплощенные в камне, оказались созвучны настроению времени, когда в городе еще свежа была память о тяжкой войне с Миланом, посягавшим на его независимость; только смерть миланского герцога Джан Галеаццо Висконти в 1402 году спасла Флоренцию от порабощения, но военная угроза со стороны Милана еще долгое время оставалась реальностью (на протяжении XV века война начиналась неоднократно). В 1425—1427 годах Донателло вместе с Микелоццо по заказу Медичи, одного из богатейших и влиятельнейших семейств Флоренции, создал в баптистерии Сан Джованни надгробие Бальдассаре Коссы, который в 1410 году во время церковного раскола в Пизе был избран в папы и принял имя Иоанна XXIII.
  Низложенный в 1415 году он нашел приют в доме Джованни Медичи, хотя имел дурную репутацию.
  В 1419 году Косса официально на флорентийском соборе заявил о своей покорности папе Мартину V и по его милости получил сан кардинала-епископа Тускуланского. В том же году он скончался, завещав крупную сумму на свое погребение. Джованни и его сын Козимо Старший исполнили волю покойного, заказав роскошный памятник с лаконичной четырехстрочной латинской надписью: «Иоанн — некогда папа — XXIII, скончался во Флоренции в год Господа 1419 за 11 дней до календ января».
  Когда Мартин V выразил свое неудовольствие по поводу этой эпитафии и потребовал замените слова: некогда и «кардинал», Козимо, не испытывавший к папе ни уважения, ни страха, гордо ответил словами Пилата: Quod scripsi, scripsi —«Что написал, то и написал».
  Своеобразие мастерства Донателло проявилось в полной мере в статуях пророков, созданных им и его учениками в 1416—1435 годах, и установленных во внешних нишах колокольни собора (сейчас они находятся в музее собора).
  Пророки представлены в виде людей энергичных и очень разнообразных. Лица их некрасивы, грубы, но чрезвычайно реалистичны: это люди из простонародья, те самые флорентийцы-пополаны, которые пришли к власти на смену аристократии. Особенно’ выразительна статуя пророка Аввакума, прозванная Цукконе — «бритая голова», или «тыква».
  В начале 1430-х годов Донателло отлил из бронзы статую Давида, юноши-подростка, который, согласно библейской легенде, спас свой народ, убив великана Голиафа. В этой своей работе Донателло проявил себя как новатор во многих отношениях.
  Статуя стояла на колонне посреди двора Палаццо Медичи; она рассчитана на несколько точек зрения, и .представляет собой скульптуру круглую, а не фронтальную. Смелость скульптора прояви¬лась в том, что он создал обнаженную статую; для .Донателло, как и для античных мастеров, обнаженность — признак героичности. Самым же главным является то настроение спокойствия и гармоний, которые свойственны юному Давиду и которые станут господствующими в XV веке не только в скульптуре, но также в архитектуре и в живописи.

Следуя примеру Медичи, богатое семейство Ручеллаи в 1446—1451 годах воздвигло для себя новый дворец по проекту, автором которого был выдающийся гуманист, ученый и архитектор Леон Баттиста Альберти (строительством руководил Бернарде Росселлино). Дворец имеет три этажа, облицован гладкими квадратами камня и увенчан карнизом.
  Его принципиальное отличие от Палаццо Медичи заключается в том, что в его фасаде применен античный ордер; пилястры всех трех этажей подчеркивают вертикальные и горизонтальные линии здания, его несущие и несомые элементы; таким образом, Альбертп оказался первым зодчим во Флоренции, распространившим ордерную систему, античной архитектуры на все здание целиком.
  Леон Баттиста Альберти играл очень заметную роль в культурной жизни Италии, являя собой превосходный образец человека нового типа, круг интересов которого необычайно широк: он изучает прошлое, внимательно всматривается в современность, серьезно задумывается над социальными проблемами, исследует природу, восприимчив к красоте земного мира и свободно проявляет себя в науке и искусстве.
  Он убежден в том, что человек является господином своей души и плоти, а земное благосостояние зависит от разумного использования времени, знаний и труда.
  Основная мысль Альберти заключается в том, что человек может развить данные ему природой способности, преодолеть превратности судьбы и достигнуть высшего счастья — гармонии, которая представляет собой особое состояние души («безмятежность и спокойствие радостной души, свободной и довольной самой собой»).
  Альберти написал множество научных трактатов на различные темы, в их числе — «Десять книг об архитектуре». Для него гармония является воплощением высшей красоты в мире («красота есть строгая соразмерная гармония всех частей, объединяемых тем, чему они принадлежат, — такая, что ни прибавить, ни убавить, ни изменить ничего нельзя, не сделав хуже»). Будучи не только теоретиком, но и практиком, он продемонстрировал верность этому принципу в своих, к сожалению, немногочисленных, архитектурных творениях.
  Во Флоренции помимо дворца Ручеллаи Альберти по заказу того же семейства создал мраморный фасад старой церкви Санта Мария Новелла (его предшественник Брунеллески, первый архитектор нового стиля Возрождения, ни одного церковного фасада не осуществил; фасады построен¬ных им церквей Сан Лоренцо и Санто Спирито остались необлицованными). Фасад церкви Санта Мария Новелла, построенной в ХIII веке начали облицовывать в готическом стиле, но работу не закончили.
  Создавая новый проект, Альберти вынужден был считаться с тем, что было сделано до, него. Ему удалось создать удивительно нарядный, торжественный и изящный фасад, в котором гармонически слились элементы традиционного флорентийского романского стиля инкрустации из белого, зеленого и розового мрамора, готические арки в нижнем ярусе и чисто ренессансный главный вход, воспроизводящий портал римского Пантеона; в углах верхней части фасада Альберти поместил треугольные плоскости, завершающиеся волкппми («завитками»), — элемент, который получит в дальнейшем распространение в архитектуре барокко.
  Таким образом, фасад Санта Мария Hовелла включил в себя все стили прошлого и явился предвестием будущего. Латинская надпись на здании гласит: «Джованни Ручеллаи облицевал фасад в 1470 году».
  Другие выдающиеся творения Альберти находятся вне Флоренции. В целом архитектура Возрождения оказалась сильнее в теории, чем в практике,
  Что справедливо отметил один из историков искусства: «Ренессанс XV века во многих отношениях был более велик в том, что он хотел сделать, чем в том, что он действительно сделал».
  Гений Брунеллески, Альберти и других мастеров был способен создать не только принципиально новые здания, но и целые города, однако реальные условия не предоставили такой возможности, ибо в XV—XVI века Италия по-прежнему страдала от внутренних раздоров и нашествий иноземцев; новая, ренессансная культура вынуждена была существовать в старых романско-готических городах.